ГЛАВА 6
Машину убаюкивал ровный гул трассы, то и дело прерываемый низким рёвом фур, проносившихся мимо. От их тяжёлого гула кузов едва заметно вибрировал. В окна лениво постукивали редкие капли дождя.
Лэйк сидел за рулём, придерживая его одной рукой. В другой был зажат бумажный стаканчик с давно остывающим кофе.
Паркер на пассажирском сиденье раскинулся так, будто пытался занять как можно больше места. Плечо упиралось в дверь, одна нога была вытянута вперёд, а на лице написана вся тоска мира. Первые четыре часа он ещё держался, но теперь спина настойчиво напоминала, что сидеть в одной позе так долго — настоящая пытка.
На заднем сиденье Хонг устроил настоящий склад стратегических запасов. Пакеты громоздились вокруг него со всех сторон и шуршали при каждом движении. Запах чипсов, мармелада и дешёвых сладостей давно смешался в салоне в одну липкую сахарную волну.
— Чёрт, Билли, — Паркер обернулся через плечо, раздражённо поджав губы. — У тебя в пакете что, весь магазин?
— Это стратегический запас, — с важным видом произнёс Хонг, вытаскивая из шуршащего мешка пачку мармеладных мишек. — Кто знает, куда нас занесёт.
В зеркале заднего вида мелькнули глаза Лэйка. Одна бровь чуть заметно приподнялась.
— Ну и шурши потише, — буркнул Паркер, уставившись снова на дорогу. — А то я сам высажу тебя на обочине.
— Могу поделиться, — Хонг даже не обиделся, с улыбкой протянул вперёд ярко-зелёного мишку. — Хочешь зелёного? Они самые вкусные.
Паркер фыркнул, но мишку взял. На зубах хрустнула сахарная корочка, сладкий вкус растёкся по языку.
Чёрт, а ведь зелёный и правда оказался неплох.
И через пару минут снова потянулся за добавкой.
— Дай ещё, — пробормотал он и, взяв парочку, протянул одного Лэйку.
Тот мельком скосил на него глаза, коротко вдохнул носом и ничего не ответил.
— Не хочешь? Ну и ладно, — пожал плечами Паркер, отправляя мишку в рот. — Мне больше достанется.
— Только не заляпайте сиденья, — холодно бросил Лэйк, даже не меняя интонации.
Рик ухмыльнулся уголком губ. Отвернувшись обратно к окну, он нарочно громко чавкнул.
Хонг тут же прыснул со смеху.
За стеклом дождевые тучи медленно расползались, словно уставшие звери. Сквозь прорехи между ними наконец пробились тусклые, но всё равно долгожданные лучи осеннего солнца.
Они мягко ложились на мокрый асфальт, отражались в зеркале заднего вида и золотили капли, ещё державшиеся на стёклах.
Салон сразу стал светлее.
Уютнее.
Паркер подставил лицо этому редкому теплу и прикрыл глаза. Мокрая дорога, мерный гул шин и даже бесконечные пакеты Хонга на заднем сиденье вдруг перестали так раздражать.
Ехать стало заметно приятнее.
Минут через двадцать тишину в машине нарушил спор о музыке.
— Выключи эту тоску, — лениво буркнул Рик, ткнув пальцем в радио, откуда тянулся глухой, тягучий рок семидесятых.
— Это не тоска, — спокойно возразил Аарон, не отрывая взгляда от дороги. Его пальцы чуть постукивали по рулю в такт. — Это классика.
— Классика? — скривился Рик, — Да это саундтрек к фильму, где героев убивают в заброшенном мотеле.
Сзади зашуршал пакет. Хонг осторожно подался всперёд, торча из вороха еды, как из палатки.
— Может я попробую? — предложил он и, не дожидаясь ответа, подцепил провод и подключил телефон.
И уже в следующий миг из динамиков грянул звонкий, чересчур бодрый k-pop: прилипчивая мелодия, ритмичный бит, лёгкие голоса.
Паркер дёрнулся, открыл глаза и уставился на Хонга так, словно тот сошёл с ума.
— Ты серьёзно?..
Билли только устроился поудобнее, положив на колени пачку чипсов, и закивал в такт музыке.
— Ещё как серьёзно. Это поднимает настроение и держит в тонусе.
Лэйк, к удивлению Рика, слегка склонил голову и коротко заметил:
— Неплохо.
Паркер приподнял брови так, что те едва не скрылись под чёлкой.
— Господи, — простонал он, откинувшись обратно к окну, — почему я в этой машине?!
На следующем припеве Билли уже подпевал, стуча пальцами по спинке сиденья. Аарон, всё ещё сдержанный, но заметно ритмичнее ведя руль, едва заметно качал головой в такт. А Рик закатил глаза, уткнулся лбом в холодное стекло и шепнул себе под нос:
— Если я выживу в этой поездке, это будет чудо.
Остаток пути прошёл спокойнее.
За окнами серело, небо постепенно теряло краски и свет в салоне становился мягким, размытым.
Паркер унял своё бурчание и притих, глядя куда-то в сторону, а Лэйк сосредоточенно вёл машину, мерно перекатываясь по трассе.
Через час пути все трое почувствовали усталость и Аарон свернул с дороги. Даже машина устало скрипнула, будто тоже просила немного отдыха.
Пять с половиной часов дороги сказались: глаза резало от напряжения, в плечах тянуло, а желудок уже требовал чего-то горячего, поэтому решили остановиться на заправке.
Свет неоновых ламп бил в глаза, асфальт блестел после дождя, а воздух пах бензином и чем-то сладким — то ли булочками из автомата, то ли расплавленным шоколадом.
Паркер тут же выбрался наружу, с наслаждением потянулся и размял затёкшую спину. После нескольких часов в машине даже прохладный воздух казался настоящим спасением.
Хонг, сияющий словно ребёнок, первым рванул в магазинчик при заправке.
Рик проводил его взглядом, хмыкнул и не спеша направился следом. А через пару минут он вернулся к машине с двумя стаканчиками кофе и протянул один Лэйку.
— Держи.
Аарон взял, отпил глоток и чуть приподнял брови.
— Крепкий, — заметил он. — Откуда знаешь, что я такой люблю?
В его голосе проскользнуло лёгкое удивление.
Рик ухмыльнулся, откинулся спиной на холодный металл машины и сделал глоток из своего стаканчика.
— Вообще-то, я всё такой же внимательный.
Кофейный пар медленно таял в прохладном воздухе. Аарон ничего не ответил, лишь задумчиво вертел стаканчик в руках.
Рядом щёлкнул заправочный пистолет, разрушая короткую паузу.
Рик проследил взглядом за поднимающимся паром, потом покосился в сторону магазинчика и хмыкнул:
— Слушай, как думаешь… если мы ещё пару часов по этой трассе покатаемся, Билли успеет доесть все свои запасы или нет?
Лэйк едва заметно повёл уголком губ, но ничего не ответил.
— Я серьёзно, — продолжал Рик, сделав глоток кофе. — Ты слышал, что он там бубнил? Что «запасов мало»? Да у него на заднем сиденье хватит, чтобы пережить ядерную зиму.
— Ты специально пытаешься меня рассмешить или все так же не умеешь молчать? — Аарон бросил на него взгляд поверх стаканчика.
— Ну, я хотя бы пытаюсь, — фыркнул Рик, и пожал плечом, — Что там показывает карта? Нам ещё долго?
— Примерно час пути, — ответил Аарон сверяясь с экраном телефона.
— Дай я тоже посмотрю, — он сделал шаг вперёд и потянулся к телефону.
Как раз в это время к ним уже вышел Билли нагруженный пакетами, будто собирался на недельный пикник.
— Ты опять? — прищурился Паркер.
— А что? Смотрите какие прикольные чипсы с острым перцем, таких у нас ещё нет. А ещё энергетик с женьшенем! — радостно продемонстрировал Хонг.
— Ты же потом не уснёшь всю ночь, — покачал головой Лэйк.
— Зато буду бодрее всех! — с гордостью заявил он, — Вы пьёте кофе? А мне?
— А тебе хватит твоего «энергетика с женьшенем», — ухмыльнулся Рик.
Хонг обиженно фыркнул и открыл банку со звуком
пшшшш.
Они уселись обратно в машину. На этот раз прежде чем тронуться, Лэйк краем глаза посмотрел на Паркера:
— Спасибо за кофе.
Просто слова, но Рик вдруг поймал себя на том, что от этой будничной благодарности ему стало… чуть теплее.
Пришлось тут же спрятать легкую улыбку за стаканчиком.
Машина снова тронулась, мягко влившись в поток. За окном мерцали огни трассы, сгущался сумрак. Впереди их ждала непростая встреча, но сейчас, в эту короткую минуту дороги, Рик позволил себе просто наслаждаться тишиной и присутствием рядом тех, кто будто стал ему ближе.
Фары выхватывали из темноты дорожные знаки, редкие указатели и силуэты деревьев. Радио тихо играло какую-то старую рок-балладу, но звук был убавлен почти до шёпота.
Хонг сидел сзади и с упоением хрустел чипсами, время от времени комментируя происходящее за окном:
— О! Видели? Там целый мотель в стиле ковбойского салуна! Как из фильмов с Клинтом Иствудом.
— Если ты туда заселишься, Билли, утром проснёшься без кошелька и с чужой лошадью у входа, — приподняв бровь сказал Паркер.
— Зато будет что вспомнить! — невозмутимо ответил тот и протянул пакет с чипсами вперёд. — Хотите?
Паркер отмахнулся, но пакет тут же перекочевал к Лэйку. Аарон молча взял один чипс, положил в рот и продолжил вести машину, будто так и должно быть.
— Серьёзно? — не выдержал Рик. — Ты ешь чипсы с острым перцем?
— Люблю острое, — коротко ответил Лэйк, даже бровью не повёл.
Рик удивленно моргнул.
— Ты же вечно такой… правильный. Думал, максимум — кофе и тост без масла.
Аарон бросил на него короткий взгляд сбоку:
— Иногда стоит доверять не только своей интуиции, Паркер.
Рик закатил глаза.
Чёрт.
Время от времени ему казалось, что Лэйк специально это делает — выводит из себя, а потом одной фразой снова возвращает почву под ногами.
Сзади Хонг зафыркал от смеха:
— Ха-ха-ха! Боже, вы как старая женатая пара!
— Хонг! — одновременно бросили Лэйк и Паркер.
Юноша расхохотался ещё громче, спрятавшись за сиденье.
На какое-то время в салоне воцарилась тёплая тишина. Дорога убаюкивала, огни фонарей редкими вспышками пробегали по лицам.
Билли сначала молчал, глядя в окно, будто собирался с мыслями. Машина мягко гудела, колёса шуршали по мокрому асфальту, и этот равномерный звук только подчёркивал напряжённое ожидание.
— Хочу сказать спасибо, что взяли меня с собой… — наконец произнёс он. Голос прозвучал чуть тише, чем обычно. — Знаете, я никогда и никуда не ездил.
Рик чуть повернул голову, бросив взгляд на заднее сиденье. Билли сидел, обняв руками рюкзак и старательно улыбался — но улыбка получалась слабая.
— Нас с сестрой воспитала бабушка. Она сама нас поднимала после того, как родители погибли. Это была автокатастрофа. На мосту Пересмешника… — он замялся, опустив глаза, пальцы нервно теребили молнию на рюкзаке. — Мне тогда было шесть, а Джули всего год.
Рик отвернулся к окну. Почему-то стало трудно подобрать хоть одну привычную колкость. Он шумно выдохнул, но ничего не сказал, слушая дальше.
— В детстве я часто представлял, как дверь открывается, и туда заходят наши мама и папа. Живые… — Билли сглотнул, голос едва заметно дрогнул, — и забирают нас домой.
В салоне стало особенно тихо. Аарон бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида. На несколько секунд его внимание задержалось на Билли.
— Я представлял… как мы едем через всю страну, — продолжал Билли чуть теплее, — останавливаемся на заправках. Мама смеётся на переднем сиденье, папа посматривает в зеркало на меня и Джули… Джули уже уснула, а я всё смотрю на них… и не могу насмотреться.
На щеке мелькнула блестящая дорожка. Он быстро смахнул её рукавом, но Рик это заметил. У него в горле встал ком, будто слова Билли застряли теперь в его груди.
— Я ведь только поэтому и пошёл в полицию, — голос Хонга стал охрипшим. — Бабушка болеет, а мне нужно заботиться о сестре. Я пообещал себе, что буду их защищать. Сделаю всё, что в моих силах… Я не хочу, чтобы кто-то проходил через то, через что прошли мы с сестрой.
Он шумно выдохнул, облизнув пересохшие губы.
— То место… где они погибли, я ведь не приходил туда ни разу. Оно для меня под запретом. Я понимаю, что если приду туда — ничего не изменится, но я почему-то боюсь… что оно… сломает меня. Боюсь увидеть его.
Он умолк, на секунду прикрыв глаза, и вдруг добавил, чуть смущённо улыбнувшись:
— Простите. Что-то я расчувствовался.
Паркер сглотнул и покосился на Аарона. Тот по прежнему молчал, но в этом молчании чувствовалось уважение.
Сам Рик не смог выдавить даже привычную шутку. Вместо этого он лишь ткнул Билли кулаком в колено.
Неловко. Почти по-мальчишески.
Но Хонг всё понял.
В машине снова воцарилась тишина, но это уже была не пустая тишина дороги. В ней было что-то родное и важное.
— Приехали, — тихо сказал Лэйк, когда впереди показались огни Пинцборро.
Через несколько минут машина свернула с главной дороги и остановилась возле небольшого дома на окраине.
Дорога тонула в темноте, и вдруг впереди вспыхнуло одинокое светлое пятно — в окне горела лампа. Оранжевый свет выливался на улицу, упрямо пробиваясь сквозь ночь. Будто в этом доме всё ещё ждали, что вот-вот хлопнет калитка и по дорожке к крыльцу вбежит дочь.
Паркер почувствовал, как что-то давящее сжало грудь. Ему не нужно было объяснять, что значит этот свет.
Он скользнул взглядом на Лэйка. Тот, ещё недавно улыбающийся в машине, сейчас был другим человеком. Холодный, собранный, отстранённый. Лицо — словно ледяная маска, взгляд прямой, жёсткий. Ни намёка на теплоту, которая ещё пол часа назад мелькала в его глазах. Лэйк застегнул куртку и уверенным шагом подошёл к двери.
Паркер с Хонгом последовали за ним.
Прозвучал звонок. Сухой звук пронзил оглушающую тишину.
Дверь тут же дёрнулась и на пороге показался мужчина лет пятидесяти. Лицо простое, доброе… и глаза. Глаза, полные боли, такой глубокой, что Паркер ощутил её даже физически.
— Добрый вечер. Мистер Грин? — голос Лэйка прозвучал сухо и официально. — Я детектив Аарон Лэйк. Это мои коллеги, Ричард Паркер и Уильям Су Хонг. Простите за поздний визит. Мы прибыли из окружной полиции Дампфилда. Нам нужно поговорить с вами о вашей дочери, Саре Грин.
Мужчина вздрогнул. Его лицо мгновенно оживилось, глаза вспыхнули надеждой.
— Сара?! Моя дочка? — выдохнул он, будто слова рвались наружу сами. — Вы нашли её? Скажите, она в порядке?
Он шагнул ближе, схватил Лэйка за руку, и в этом движении было столько отчаяния, что Паркер почувствовал тяжесть где-то под рёбрами.
— Ну же, заходите! Что ж вы стоите на холоде? — Грин поспешно отступил, приглашая их внутрь.
В доме пахло тушёным мясом и свежим хлебом. Отец готовил ужин так, словно дочь могла вернуться в любой момент.
Паркер отвёл взгляд.
Свет в окне. Запах еды. Надежда в глазах Грина. Всё здесь отказывалось верить, что Сара может не вернуться.
А он знал — слишком хорошо знал, что шанс ничтожен. И впервые за долгое время ему отчаянно захотелось верить.
Верить, что девушка номер «два» — не Сара.
Внутри было тепло и тихо. На стене висел коврик с вышивкой, старый, но аккуратный. На комоде — фарфоровая ваза с засохшими ромашками. В углу — кресло с клетчатым пледом, словно кто-то только что в нём сидел.
И везде — следы присутствия девушки.
На спинке стула висела джинсовая куртка. На журнальном столике стояла чашка с подсохшим чайным следом по краю. На полке теснились школьные фотографии, открытки и какие-то безделушки, которые обычно хранят годами просто потому, что жалко выбросить.
У двери стояли женские кеды.
Паркер замедлил шаг, и взгляд упал на рамку с фото. Он протянул руку и осторожно взял её.
С фотографии на него смотрела девушка в светлом платье. Тёплая улыбка, чуть насмешливый взгляд, растрёпанные ветром светлые волосы.
Сара.
Рик замер, не сразу понимая, что именно заставило его остановиться, а потом внутри всё неприятно сжалось.
Она была до боли похожа на Кэти.
Не только чертами лица, а и чем-то другим — улыбкой, взглядом, тем живым теплом, которое словно продолжало светиться даже через фотографию.
Пальцы сами собой крепче сжали рамку.
— Чаю? — голос отца прозвучал неожиданно живо. Он уже торопливо направился на кухню, ставя чайник. — У меня свежая заварка, и печенье есть…
— Благодарим, но не стоит, — мягко остановил его Лэйк. — Нам нужно поговорить.
Мужчина замер. На мгновение в его глазах снова вспыхнула надежда.
— Конечно. Конечно… — он быстро кивнул и опустился в кресло.
Лэйк сел напротив, выпрямившись так, будто каждая деталь его позы была выверена заранее.
— Мистер Грин, расскажите нам про Сару. У неё могли быть враги? Кто-то, кто желал ей зла? Может быть, связь с наркотиками или сомнительная компания?
В комнате повисла тишина.
Рик едва заметно повёл плечом. Ему было не по себе слышать эти вопросы здесь — среди фотографий, запаха домашней еды и вещей, которые всё ещё ждали хозяйку.
Рядом тихо заскрипел карандаш Хонга. Тот уже делал пометки в блокноте, не упуская ни слова.
— Нет, что вы, — мистер Грин почти испуганно вскинул голову, но тут же мягко улыбнулся. — Моя Сара не такая. Она ни с кем не конфликтует. Всегда готова помочь, добрая, трудолюбивая.
Лицо его заметно потеплело.
— Вот собирается поступать в Бостонский университет. Все силы отдаёт учёбе, надеется получить стипендию. Я знаю, у неё получится.
— Это она? — Хонг кивнул на фотографию в рамке.
— Да, — Мужчина посмотрел на снимок и невольно улыбнулся. — Это моя Сара. Моё солнышко.
Так улыбаются людям, которые давно стали частью тебя.
Рик опустил взгляд.
— Мистер Грин, когда вы видели Сару в последний раз? — спокойно спросил Лэйк.
Его голос оставался ровным и собранным. Слишком ровным для этого дома.
— Десять дней назад, — отец чуть улыбнулся, будто снова увидел перед собой ту самую сцену. — Она торопилась и всё переживала, что опоздает к подруге. Хотела устроить сюрприз на день рождения. Такая счастливая была…
Он покачал головой.
— Я даже поругать её не успел за то, что едет одна. Она только рассмеялась, махнула рукой и выбежала за дверь. А я думал, что вечером уже увижу её снова.
— Как звали подругу?
— Рената. Рената Митчелл.
Улыбка медленно погасла.
— Они вместе учились, а потом Рената переехала в Дампфилд. Сара решила устроить ей сюрприз на восемнадцатилетие.
Он провёл ладонью по колену и ненадолго замолчал.
