ГЛАВА 18
Эта ночь была для Паркера ещё мучительней, чем предыдущая.
В спальне стояла вязкая тишина.
Он свернулся клубком, натянув одеяло до самых плеч, так что наружу выглядывало только лицо. Всё что угодно, лишь бы согреться. Но тепло не проходило. Руки и ноги остались такими же холодными, как и это чувство, прожигающее его изнутри.
Рука сама потянулась к телефону.
Экран вспыхнул в темноте, на мгновение выхватив из неё комнату.
Среда. 02:47. Рик несколько секунд просто смотрел на цифры, будто пытался вспомнить, сколько вообще сегодня спал. Час? Два? Или не спал вовсе?
Большой палец машинально открыл список контактов.
«Аарон Л.» Он задержался над именем, не решаясь ни нажать кнопку вызова, ни просто погасить экран.
Где-то под рёбрами болезненно дрогнуло сердце. Рик тяжело сглотнул.
Сегодня у них будет самый разгар этой чёртовой конференции. Наверняка с самого утра начнутся доклады, встречи, бесконечные разговоры, может Аарон даже будет говорить речь?
Рик вспомнил о той награде в кабинете.
Уголки губ сами поползли вверх. Он поймал себя на том, что пытается это представить.
Диалог открылся сам собой. Пальцы замерли над клавиатурой. Курсор молча мигал, но ни одной буквы так и не появилось.
Он свернул чат быстрее, чем успел осознать, что делает. Резко погасил экран, отбросил телефон в сторону, и зарывшись лицом в ладони глухо застонал.
Осталось три дня.
Всего три.
Потом всё снова станет привычным.
Должно.
Неужели за то короткое время, что он провёл рядом с Аароном, успел настолько привыкнуть к чужому присутствию, что теперь таскал Билли за собой при любой возможности, лишь бы вечером не возвращаться в пустую квартиру?
Стало только холоднее.
Рик глубже натянул одеяло, но это не помогло. Тело всё ещё никак не могло согреться. Где-то под рёбрами медленно, упрямо ныло то самое чувство, которое не удавалось заглушить ни работой, ни усталостью.
Он перевернулся на другой бок и закрыл глаза.
Прошло пять минут, а затем и десять. Но сон так и не пришёл.
Перед глазами всплыло лицо Купера. Потом обрывки разговора. «Утренняя звезда». Четверг. Девять вечера.
Мысли пытались цепляться одна за другую, но уже через несколько секунд всё равно возвращались совсем не туда.
—
«Аарон бы сейчас уже понял, что с этим делать.» Рик открыл глаза.
Нет.
Не сейчас.
Он обессиленно отодвинул одеяло и сел на кровати. Уперев локти в колени, он спрятал лицо в ладонях.
Посидел так ещё несколько секунд, потом медленно поднялся. Если уснуть всё равно не получится, лучше занять голову чем-нибудь другим.
Он вышел в гостиную, по дороге машинально завернул на кухню и включил кофемашину. Пока она глухо шумела, достал новую кружку и уже через минуту стоял у окна, грея ладони о горячий фарфор. Первый глоток обжёг язык, но он даже не поморщился. Только медленно обвёл взглядом комнату.
В квартире было до дрожи тихо.
Настолько, что за стеной отчётливо скрипнули трубы, а старый холодильник на кухне негромко загудел, будто напоминая, что кроме него здесь больше никого нет.
Взгляд сам собой остановился на картине над диваном.
Странная абстракция, оставшаяся от владелицы квартиры. Обычно она только забавляла своей нелепостью. Сегодня же он видел лишь стену за ней.
Он ещё немного постоял на месте, потом поставил кружку на стол, подошёл ближе и снял картину со стены.
Рик отступил на шаг, оценивающе посмотрел на освободившееся место, затем молча отодвинул диван, следом кресло, освобождая ещё немного пространства.
Он ещё не успел признаться самому себе, зачем всё это делает.
Но руки уже начали работу раньше, чем успели появиться мысли.
***
Хонг подъехал к дому Митчеллов и заглушил мотор.
Но выйти сразу так и не решился.
Просто сидел, не убирая рук с руля, время от времени поглядывая в сторону дома. Сердце колотилось так, словно через несколько минут ему предстояло сдавать самый важный экзамен в жизни.
Он был до смешного благодарен Рику за то, что сегодня утром тот, неся в руках стопку каких-то распечаток и фотографий, просто сунул ему ключи от своей машины, даже не задавая лишних вопросов. Для Билли это значило куда больше, чем сам автомобиль. Будто Паркер своим странным молчанием сказал:
«Я тебе доверяю. Иди.» Опустив солнцезащитный козырёк, Билли невольно задержался взглядом на собственном отражении.
Боже, какой кошмар.
Лицо растерянное, глаза тревожные, волосы снова торчат во все стороны.
Он торопливо пригладил их ладонью, поправил воротник рубашки, потом зачем-то поправил его ещё раз и снова посмотрел в зеркало.
Лучше не стало.
На него по-прежнему смотрел парень, который выглядел так, будто к этому экзамену совершенно не готовился.
Он тихо выдохнул, несколько раз похлопал себя по щекам, словно пытаясь прийти в себя, и всё-таки открыл дверь машины. Ноги вдруг стали тяжёлыми, но отступать было уже поздно.
Дверь дома наконец открылась.
Билли машинально выпрямился, даже сам не заметив, как сильнее расправил плечи.
На крыльцо вышла Рената.
Светлое пальто мягко подчёркивало её хрупкую фигуру. Тёмные волосы были собраны в небрежную косу, из которой, как всегда, выбилось несколько волнистых прядей. Она на секунду задержалась у двери, поправила ремешок небольшой сумки, что-то ответила кому-то в доме и только потом легко сбежала по ступенькам во двор.
Увидев его, она сразу улыбнулась — так открыто и тепло, будто действительно была рада его видеть.
Билли улыбнулся в ответ прежде, чем успел об этом подумать.
И только потом до него дошло, что через несколько секунд она подойдёт совсем близко.
И нужно будет что-то сказать…
Он торопливо вытер влажные ладони о джинсы, незаметно одёрнул рукава рубашки и попытался вспомнить хотя бы одну из фраз, которые ещё утром казались такими удачными.
Но в голове было пусто.
Совершенно.
От волнения все заготовленные слова будто кто-то аккуратно стёр.
Рената тем временем была уже совсем близко.
Каждый её шаг почему-то делал Билли всё менее уверенным в том, что он вообще способен сейчас связать хотя бы два слова. Сердце колотилось где-то под самым горлом, но вместе с этим внутри медленно разливалось странное, почти детское чувство счастья.
Она всё-таки вышла.
И сейчас они действительно поедут в кино.
Вдвоём.
— Привет, — первой робко поздоровалась Рената.
— Привет, — ответил Билли.
Собственный голос показался ему неожиданно хриплым.
— Готова?
— Ага, — кивнула Рената с едва заметной улыбкой. — Можем ехать.
Билли торопливо распахнул перед ней дверцу. Она уже наклонилась, собираясь сесть в машину, когда с веранды раздался звонкий голос миссис Митчелл:
— Привези её домой к восьми!
— Хорошо! Конечно! — Билли сразу обернулся. — Не переживайте, я… мы недолго. Я обязательно привезу её вовремя.
— И без глупостей! — уже гораздо строже добавил мистер Митчелл, появляясь в дверях.
— Па-а-ап… — простонала Рената, закрывая лицо ладонью.
Билли так растерялся, что несколько раз поспешно закивал.
— Да что вы… Конечно. У меня и в мыслях ничего такого не было.
Только договорив, он понял, насколько странно это прозвучало.
Рената медленно выглянула из-за ладони, встретилась с ним взглядом — и тихо рассмеялась.
Билли смущённо улыбнулся в ответ, осторожно закрыл дверцу и обошёл машину, всё ещё ощущая, как горят щёки.
Со второго раза попав ключом в замок зажигания, он завёл машину и осторожно выехал со двора.
Первые несколько минут они ехали молча.
Он всё никак не мог заставить себя посмотреть на Ренату. Лишь изредка украдкой косился в её сторону, тут же возвращая взгляд на дорогу.
— Ты очень красиво выглядишь, — наконец-то вырвалось у Билли.
Рената повернулась к нему так неожиданно, что он тут же пожалел о сказанном.
— Спасибо… — она смущённо улыбнулась. — Ты тоже.
— Я?
Билли искренне изумился.
— Да нет. Я просто… рубашку погладил.
Он на секунду задумался, а потом зачем-то честно добавил:
— Хотя сначала хотел синюю надеть. Потом подумал, что синяя для кино как-то слишком официально. Потом решил, что белую давно не носил. А теперь вообще кажется, что зря.
Рената провела пальцами по концу косы.
— Почему зря?
— Ну… — он пожал плечами. — Потому что я теперь всю дорогу думаю, что обязательно чем-нибудь её испачкаю.
Она тихо рассмеялась.
— Мне кажется, дело вообще не в рубашке.
— Да?
— Ага.
Она чуть склонила голову, внимательно посмотрев на него.
— Ты уже минут пять оправдываешься.
Билли моргнул.
— Неправда.
— Правда.
Он на секунду замолчал.
— Блин…
— Вот видишь.
— Нет, подожди… Я же не оправдываюсь.
— Оправдываешься.
— Да не… — он осёкся и сам тихо фыркнул. — Ладно… Наверное, правда.
Рената улыбнулась ещё шире.
— Ты милый, когда волнуешься.
— Я вообще-то не волнуюсь!
Она вопросительно подняла бровь.
Билли продержался ровно секунды три.
— Ну… совсем немного.
— Совсем?
— Чуть-чуть.
Он сделал паузу.
— Ладно… сильно.
Когда Рената не смогла сдержать смех, Билли смущённо потёр ладонью затылок и уставился на дорогу с таким видом, будто происходящее за лобовым стеклом внезапно стало невероятно интересным.
— По правде говоря… — вдруг призналась она, когда снова стало чуть тише. — Я тоже.
Билли удивлённо посмотрел на неё.
— Серьёзно?
Она кивнула.
— Конечно. Я вообще всё утро думала, что надеть. Три раза переодевалась.
— Правда?
— Угу. А волосы я так нормально и не уложила.
Она смущённо улыбнулась.
— Мама сказала, что я веду себя так, будто меня замуж зовут, а не просто в кино.
Губы Билли дрогнули. От её слов внутри вдруг стало удивительно спокойно. Выходит, всё это время переживал не только он.
— Спасибо, что заехал за мной, — добавила Рената. — Это… очень приятно.
— Да не за что.
Он сказал это совершенно искренне. А потом, не успев остановить собственную мысль, легко добавил:
— Я бы за тобой хоть на край света заехал.
Слова сорвались с языка раньше, чем он успел их поймать.
В салоне мгновенно стало тихо.
Только теперь Билли понял, что именно сказал.
Он застыл, с руками на руле.
—
«Господи, зачем… зачем я это сказал?» Он уставился на дорогу с таким видом, будто надеялся, что асфальт сейчас откроется и избавит его от этого позора. Лицо горело.
Прошло несколько долгих секунд, как вдруг сбоку тихо послышался смешок.
Он осторожно повернул голову.
Рената наконец-то отпустила косу и смотрела на него с такой тёплой улыбкой, что вся его паника вдруг показалась совершенно смешной.
— Тогда хорошо, что кинотеатр далеко… И мы можем ехать туда немного подольше.
***
В полутёмном зале оказалось неожиданно мало людей.
Билли пропустил Ренату вперёд, дождался, пока она устроится в кресле, и только потом сел рядом, стараясь оставить между ними хоть немного места. Правда, уже через секунду случайно задел её локтем.
— Ой… Прости, — сказали они в один голос.
На мгновение оба растерялись, а потом тихо рассмеялись.
— Кажется, мы слишком вежливые, — пробормотал Билли, чувствуя, как напряжение понемногу начинает отпускать.
— Кажется, да, — согласилась она.
Наконец-то свет в зале медленно погас.
Он поставил ведёрко с попкорном между ними и вопросительно посмотрел на Ренату.
— Будешь?
— Конечно.
Она потянулась за попкорном ровно в тот момент, когда туда же потянулся Билли. Их пальцы едва заметно соприкоснулись, и оба тут же смущённо отдёрнули руки.
— Извини…
— Нет, это ты извини…
Они снова переглянулись.
— Ладно, — тихо хихикнула Рената. — Давай попробуем ещё раз.
— Давай.
На этот раз всё получилось.
Она специально подождала, пока Билли возьмёт попкорн первым. Он улыбнулся уголком губ и только потом протянул ведёрко ей.
Фильм начался, и первое время они честно пытались смотреть только на экран. Но сами не заметили, как начали шёпотом обмениваться глупыми комментариями, спорить, хватит ли им одного ведёрка попкорна, а потом почти одновременно вспомнили о телефонах и, снова столкнувшись локтями, тихо рассмеялись.
Очень скоро Билли поймал себя на том, что смотрит вовсе не на экран.
Он замечал каждую мелочь: как Рената смеётся над шутками, и на щеках тут же появляются маленькие ямочки, как, задумавшись, машинально перебирает пальцами конец косы, как в самые громкие моменты незаметно поджимает ноги в кресле. Свет экрана ложился на её лицо мягкими бликами, и длинные ресницы отбрасывали на щёки тонкие тени.
В какой-то момент она почувствовала его взгляд, вопросительно посмотрела на него. Билли так поспешно отвернулся к экрану, что чуть не опрокинул на себя остатки колы.
Когда в зале наконец зажёгся свет, Рената поднялась первой. Она накинула пальто, потом вдруг остановилась, шагнула к все ещё сидевшему в кресле юноше и осторожно сняла что-то с его плеча.
— Вот.
На её пальцах лежала маленькая пушинка, неизвестно откуда прилипшая к ткани.
Билли удивлённо посмотрел сначала на пушинку, потом на Ренату.
— Спасибо…
Она только кивнула, стряхнула пушинку на пол и первой направилась к выходу.
Билли ещё несколько секунд смотрел ей вслед, только потом вспомнив, что так и не надел куртку.
— Замечательный фильм, — сказала Рената, выходя вместе с ним в просторный коридор кинотеатра. — Мне очень понравилось. А тебе?
Билли смущённо отвёл взгляд.
— Мне тоже… понравилось.
— Правда?
Он виновато потёр затылок.
— Если честно… я, кажется, половину фильма вообще не понял.
Рената тихо засмеялась.
— Почему?
Он уже хотел честно ответить, но вовремя осёкся.
— Сложно объяснить…
Она бросила на него короткий взгляд.
— Спасибо, что позвал меня. В последний раз я была в кино с… Сарой.
Имя её подруги больно кольнуло.
Билли машинально сглотнул, но ничего не сказал.
Рената тоже не спешила продолжать. Они неторопливо шли по длинному коридору вместе с остальными зрителями, а потом вдруг на её лице появилась едва заметная
