ГЛАВА 51

 
Аарон тихо закрыл за собой дверь и на несколько секунд замер в коридоре.
 
За окном всё ещё шёл дождь. Вода стекала по стеклу, собираясь в неровные дорожки, а где-то в глубине квартиры негромко мяукнула Маслинка.
 
Он медленно выдохнул и провёл холодной ладонью по лицу. На губах сама собой появилась улыбка.
 
Даже не верилось, что всего полчаса назад он стоял в тёмной подворотне, прижимая Рика к себе.
 
Аарон прикрыл глаза, и перед ним тут же возникло лицо Рика. Влажные пряди, прилипшие ко лбу, блестящие тёмные глаза, припухшие после поцелуев губы. То, как он смотрел на Аарона, когда тот признался, что хочет его. И как ответил, что хочет его тоже.
 
Он прислонился затылком к двери.
 
Даже целого вечера рядом с ним оказалось совершенно недостаточно. Он помнил прикосновения Рика, тепло его тела в своих руках. И особенно хорошо помнил, как Рик покачнул бёдрами, дразня его, а потом посмотрел с таким невинным выражением лица, словно совершенно не понимал, что творит.
 
Аарон опустил взгляд вниз. В паху всё ещё было весьма тесно.
 
— Вот ведь засранец, — тихо пробормотал он.
 
Он оттолкнулся от двери и направился в душ.
 
Мокрая одежда неприятно липла к телу. Аарон стянул рубашку, бросил её в корзину для белья, а следом и джинсы.
 
Тёплая вода приятно согревала замёрзшую кожу. Он подставил лицо струям и постоял так ещё некоторое время приводя сердцебиение в норму.
 
Закончив с душем и покормив Маслинку, он не спеша побрёл в спальню. Переоделся в сухие домашние штаны, надел футболку.
 
Он потянулся за любимым худи, но вспомнил, что оставил его у Билли. Домашнего свитера тоже не оказалось на месте. Тот был у Рика.
 
Аарон тихо выдохнул.
 
Если так и дальше пойдёт, одежды на них он не напасётся.
 
Он надел другой теплый чёрный худи поверх и наклонился за носками. В памяти почему-то всплыло, как Рик торопливо застёгивал ему рубашку, путаясь в пуговицах.
 
Его пальцы дрожали.
 
Рик пытался справиться с ними, хмурился, сердился на собственную неловкость, а Аарон смотрел на него и едва сдерживался, чтобы не притянуть обратно и не поцеловать.
 
Он ведь мог, и Рик бы не возражал. Первым обхватил бы его за шею.
 
От этой мысли Аарон почему-то снова улыбнулся.
 
Он выпрямился, подошел к прикроватной тумбе и достал оттуда пачку сигарет.
 
Смятая, с потёртыми краями, забытая Риком в тот вечер, когда они впервые поцеловались. Вернувшись домой после допроса Купера, Аарон нашёл её прямо на журнальном столике, но почему-то так и не выбросил.
 
Когда в последний раз он курил? Год назад? Два?
 
Может, в тот вечер, три года назад, когда согласился на секс без обязательств с Заком?
 
Аарон поморщился. Не хотелось сейчас вспоминать прошлое. За эти десять лет в его жизни были другие люди. Разные имена, совместные ночи, попытки отвлечься от чувств, которые он так и не смог отпустить.
 
Секс мог быть приятным. Иногда даже очень. Но каждый раз, когда всё заканчивалось, он возвращался к себе прежнему — к той же тишине, к тем же мыслям, от которых так и не смог избавиться.
 
Он мог обнимать другого человека, целовать его и чувствовать его тепло. Но стоило остаться одному, как он снова вспоминал Рика.
 
За эти годы никто не заставил его забыть, каково это — держать лицо Рика в ладонях, чувствовать его дыхание на своих губах, смотреть в тёплые карие глаза и понимать, что тебя действительно видят.
 
Сегодня Рик снова смотрел на него так. И Аарон наконец мог ответить ему тем же.
 
Во всём мире для него существовал только один человек.
 
Его взгляд снова упал на окно. За стеклом темнело небо, дождь всё так же стучал по подоконнику, а в голове продолжали крутиться воспоминания о подворотне.
 
Он открыл пачку. Внутри было всего пару сигарет, а рядом с ними теснилась зажигалка.
 
Ноги сами привели его к балкону.
 
Холодный воздух коснулся лица, едва он приоткрыл дверь.
 
Перила были влажными. Внизу блестел мокрый асфальт, отражая редкие огни фонарей. Где-то проехала машина, шины прошуршали по воде и постепенно стихли вдали.
 
Аарон опёрся предплечьями о перила и несколько секунд просто смотрел на улицу.
 
Потом достал сигарету.
 
Да. Действительно всё очень изменилось с тех пор, как он в последний раз держал сигарету между пальцами.
 
Он поднёс её ко рту, щёлкнул зажигалкой и прикрыл огонёк ладонью от ветра. Пламя дрогнуло и мягко лизнуло табачный кончик.
 
Первая затяжка, и вполне ожидаемый кашель.
 
Он прикрыл рот кулаком. Взгляд сам собой упал на сигарету.
 
— «Господи, Рик. Почему такие крепкие?»
 
Ответа, разумеется, не последовало.
 
Аарон хмыкнул, снова поднёс сигарету к губам и сделал ещё одну затяжку — осторожнее, чем в первый раз. Горечь осела на языке, дым неприятно царапнул горло. Он поморщился, выпуская его в сторону.
 
Дым поднимался над его рукой и растворялся в сыром воздухе.
 
Десять лет назад он даже представить не мог, что однажды сможет вот так стоять на собственном балконе и вспоминать поцелуй с Риком без привычной тяжести в груди. Тогда каждое воспоминание было чем-то, к чему он боялся прикоснуться.
 
Теперь Рик был рядом.
 
Аарон прикрыл глаза и тихо рассмеялся.
 
Он чувствовал себя совершенно счастливым.
 
И немного глупым.
 
Потому что всё это время носил в себе столько невысказанного, столько страхов и сомнений, а теперь не мог перестать улыбаться из-за одного человека, который, вероятно, уже добрался домой и пытался сделать вид, что ничего особенного не произошло.
 
Хотя Рик наверняка тоже улыбался.
 
Аарон был почти уверен в этом.
 
Он представил, как тот лежит в своей кровати, растрёпанный после душа, завёрнутый в одеяло и с телефоном в руках. Как читает сообщение от него, или смотрит какие-то смешные видео.
 
Или, возможно, Рик уже спит.
 
От этой мысли стало немного жаль, что они сейчас не вместе.
 
Аарон вспомнил позавчерашнюю ночь в гостевой комнате. Ему хотелось снова оказаться рядом с Риком, лечь на бок и притянуть его к себе. Почувствовать, как тот устраивается поудобнее и закидывает на него ногу, как тогда, а потом постепенно затихает, уткнувшись носом ему в шею.
 
Под кончиками пальцев всё ещё чувствовалась мягкость его волос.
 
Никакой спешки. Никакой необходимости куда-то уходить.
 
Просто Рик рядом.
 
Аарон сделал последнюю затяжку. Горло неприятно саднило, а на языке остался горький привкус.
 
Он потушил сигарету в старой стеклянной пепельнице, стоявшей на подоконнике, затем достал из кармана телефон.
 
Открыл чат с Риком. Взгляд зацепился за последние сообщения:
 
Рик:
Камера потрясающая! 😍
 
Рик:
Ааааа! Тут столько разных режимов! 😱
 
Рик:
Спасибо тебе!
 
Аарон:
Рад, что тебе нравится 😌
 
Рик:
Слушай, а можно я тебя пофоткаю? В каком-нибудь интересном образе.
 
Рик:
Что насчёт белой рубашки нараспашку, ветра в волосах и неба на заднем фоне? 🤔
 
Рик:
Да, сейчас холодно, но я быстро управлюсь и возьму с собой термос. Ты не замёрзнешь.
 
Рик:
О! Нет, придумал! Давай, может, в кожаной куртке с твоим Харлеем? Что-то такое дерзкое 😈 и байкерское.
 
Рик:
Что скажешь?
 
Аарон:
Нет.
 
Рик:
😭😭😭😭😭
 
Рик:
Ну ты и жопа!
 
Рик:
Сам не знаешь, от чего отказываешься!
 
Рик:
😡
 
Аарон не сдержал смешка, глядя на эти сообщения, и прокрутил диалог дальше.
 
Аарон:
Ладно. Я подумаю.
 
Рик:
😈
 
Аарон:
Заеду за тобой в восемь.
 
Рик:
Окей. Буду ждать.
 
Рик:
❤️
 
Аарон:
❤️
 
За спиной послышался тихий шорох.
 
Аарон обернулся.
 
Маслинка протиснулась в приоткрытую дверь и теперь стояла на пороге балкона.
 
— Уже поела?
 
Кошка мяукнула.
 
— Хочешь ко мне на балкон?
 
Маслинка посмотрела на него, затем опустила голову, явно не решаясь ступить лапой на холодную плитку, развернулась и, вильнув хвостом, гордо ушла прочь.
 
Аарон приподнял бровь. Затем тихо хмыкнул.
 
Впервые за долгое время ему не хотелось торопить вечер, отвлекаться на работу или искать занятие, которое позволило бы не думать о собственных чувствах. Он мог просто стоять здесь и спокойно слушать дождь. А где-то в нескольких кварталах от него был Рик.
 
Его Рик.
 
Аарон вернулся в квартиру. Он выключил свет на балконе и прикрыл за собой дверь.
 
Несколько секунд он смотрел на открытый чат с Риком, прежде чем набрать:
 
Спишь?
 
 

***

 
Дверь квартиры хлопнула за спиной, и Рик прислонился к ней. Он всё ещё тяжело дышал, сердце колотилось как бешеное. Промокшая одежда липла к телу, холод пробирал до костей, а пальцы подрагивали.
 
— Чёрт…
 
Перед глазами снова возник Аарон. То, как он сам прижал Рика к стене и поцеловал. Жадно, безрассудно, словно больше не собирался себя сдерживать.
 
Рик прикрыл глаза и невольно улыбнулся.
 
Господи. Это действительно произошло.
 
Он оттолкнулся от двери и принялся стягивать мокрую одежду прямо на ходу. Свитер остался в коридоре, следом на пол полетели остальные вещи.
 
В ванной Рик включил душ и встал под воду, не дожидаясь, пока она нагреется.
 
Ледяные струи ударили по плечам и груди. Он резко втянул воздух, зажмурился и упёрся ладонями в плитку. Когда вода наконец стала тёплой, Рик подставил ей затылок, позволяя струям стекать по волосам и спине.
 
Постепенно он согрелся, но стоило закрыть глаза, как перед ним снова возникало лицо Аарона. Рик вспоминал его руки на своей талии, крепкие пальцы на бёдрах, ощущение его тела вплотную к своему. И каждый раз вместе с воспоминаниями возвращалось возбуждение.
 
— Вот же чёрт, — пробормотал Рик, качнув головой.
 
Он провёл ладонями по лицу, растирая воду, и глубоко вдохнул. Ему нужно было отвлечься, переключить мысли на что-нибудь другое, но даже под тёплым душем он продолжал прокручивать в голове случившееся.
 
Наконец вода начала остывать. Рик выключил душ, потянулся за полотенцем и вытерся. Промокнул волосы, поднял голову и случайно встретился взглядом с собственным отражением.
 
Он замер.
 
Влажные волнистые пряди падали на лоб и виски. Капли стекали по лицу, задерживались на подбородке и срывались вниз. Зрачки казались непривычно большими, почти скрывая карий цвет глаз.
 
Рик приблизился к зеркалу.
 
На шее, чуть сбоку, темнел небольшой, но вполне заметный засос. Рядом кожа покраснела от укуса. Он повернул голову, разглядывая следы под другим углом, а затем перевёл взгляд на губы.
 
На нижней остался отчётливый след зубов. Рик осторожно провёл по ней кончиком языка, ощущая лёгкое жжение.
 
Он снова посмотрел себе в глаза и улыбнулся.
 
Не мог удержаться. Слишком уж трудно было совместить привычное отражение с тем, что произошло всего несколько минут назад. Ещё вечером он мог представить

десятки вариантов того, как они с Аароном окажутся наедине, но действительность превзошла даже самые смелые догадки.
 
Аарон оставил на нём следы. Настоящие, видимые следы их поцелуев.
 
Рик опёрся ладонями о край раковины. Вода стекала с волос по плечам, но он почти не замечал холода. Сердце продолжало биться быстрее обычного.
 
Он не жалел. Даже мысли такой не возникало.
 
Аарон хотел его. Рик чувствовал это в каждом ответном прикосновении, в том, как Аарон целовал его и прижимал к себе. И Рик хотел его не меньше.
 
Он выпрямился, ещё раз взглянул на засос и обернул полотенце вокруг бёдер. Улыбка всё ещё держалась на губах.
 
По пути в спальню Рик захватил телефон, оставленный на раковине, и проверил уведомления.
 
Новых не было.
 
До кровати он дошёл почти на автопилоте, положил телефон на прикроватную тумбу и плюхнулся поверх мягкого одеяла. Несколько секунд лежал неподвижно, уткнувшись лицом в ладони. Волосы ещё оставались влажными, а тело постепенно согревалось.
 
Он перевернулся на спину и уставился в потолок.
 
До сих пор не верилось, что всё это действительно произошло.
 
Дыхание выровнялось, руки перестали дрожать, но знакомое напряжение внизу живота никуда не исчезло. Рик чуть сдвинул ноги, устраиваясь удобнее, и тут же замер, осознав, насколько сильно всё ещё возбуждён.
 
— Ну конечно, — пробормотал он.
 
Рик провёл рукой по губам, коснулся шеи, скользнул пальцами по выступающим ключицам и напряжённым мышцам живота. Он словно заново прислушивался к собственным ощущениям, всё ещё помня прикосновения Аарона.
 
Пальцы скользнули ниже.
 
Рик прикрыл глаза. Ладонь легла на бедро, мягко погладила нежную кожу там, где совсем недавно его касался Аарон. Он помнил каждое движение его пальцев за столом. То, как крепко тот держал его, и невольно повторил знакомое круговое движение.
 
Из груди вырвался шумный выдох.
 
Мысль о том, что их чуть не рассекретили, заводила не меньше, чем то, чем он собирался заняться сейчас. Ведь Рик сам позволил Аарону увлечь его в эту игру, сам поддерживал её, балансируя на грани. И сам выгибался навстречу его прикосновениям, даже не пытаясь скрыть, насколько сильно они на него действовали.
 
Рука скользнула выше по бедру, туда, где он особенно отчётливо помнил прикосновения Аарона. Его пальцы, мягкие поглаживания, удовольствие, разлившееся по телу…
 
Его пальцы.
 
Ох. Не стоило сейчас об этом думать.
 
Но мысли уже вернулись на кухню. К тому, как Рик сам обхватил губами указательный палец Аарона, медленно провёл языком по подушечке, а потом причмокнул, глядя ему прямо в глаза.
 
Рик прикрыл веки. Он прекрасно помнил реакцию Аарона. И, кажется, именно это воспоминание заводило его сильнее всего.
 
Ладонь скользнула выше, и наконец он осторожно обхватил себя, прислушиваясь к ощущениям. Из груди вырвался сдавленный выдох.
 
На губах всё ещё словно сохранялся сладковатый вкус поцелуя, а тело помнило прикосновения Аарона. Рик медленно провёл языком по нижней губе и улыбнулся, вспомнив его взгляд на кухне.
 
Он уже видел этот взгляд. Много лет назад, на баскетбольной площадке, когда они стояли слишком близко друг к другу, а влажная спортивная ткань липла к разгорячённой коже. Тогда Рик ещё не знал, что однажды будет вспоминать тот момент снова и снова, возвращаясь к нему в одиночестве и каждый раз представляя, как всё могло бы быть, если бы они позволили себе чуть больше.
 
Теперь ему не нужно было ничего додумывать.
 
Рик медленно выдохнул, чуть смелее сжимая себя. От приятного давления тело тут же покрылось мурашками.
 
Под ладонью он чувствовал, как член пульсировал от возбуждения. Он слишком долго пытался отвлечься, переключить мысли на что-нибудь другое, хотя всё это время хотел одного.
 
Его.
 
Хотел, чтобы это был Аарон.
 
Всегда хотел.
 
Прежде чем начать двигаться, он поднёс руку к лицу и облизал ладонь, тщательно смачивая её. Затем обхватил головку, распределяя влагу, и сомкнул пальцы чуть ниже.
 
Первое движение получилось медленным, осторожным. У венчика хват невольно ослаб, а когда пальцы задели уздечку, чувствительность оказалась настолько острой, что Рик невольно напряг бёдра. Он шумно выдохнул и на мгновение замер, позволяя ей утихнуть. Потом продолжил, чуть крепче сжимая пальцы у основания и ослабляя хват по мере движения вверх.
 
Перед глазами возник Аарон. То, как он развернул Рика лицом к стене и прижался к нему, не оставляя между ними расстояния.
 
Рик вспомнил его напористые поцелуи, от которых подкашивались ноги, тёплые пальцы на талии и ладонь у себя в паху. От воспоминания по телу пробежала дрожь. По члену прошла чувствительная, почти болезненная пульсация, а на головке выступило чуть больше прозрачной смазки.
 
Рик начал двигаться быстрее.
 
Ладонь скользила легко, с тихим влажным звуком. Бёдра сами приподнимались навстречу, одеяло под лопатками скомкалось.
 
Он снова вспомнил, как прижимался к Аарону, как чувствовал его возбуждение сквозь ткань джинсов и сам подавался назад, желая ещё теснее прижаться к нему.
 
В голове прозвучали слова, которые Аарон прошептал ему прямо в губы:
 
«Я тебя хочу».
 
Сердце забилось сильнее. Со следующего выдоха сорвался тихий стон.
 
Рик шумно выдохнул и провёл свободной рукой по груди и животу. Он запрокинул голову на подушку и закрыл глаза, позволяя воспоминанию продолжиться. Только теперь представлял уже не то, что произошло у стены, а то, что могло бы случиться, останься они наедине.
 
Перед ним снова возникла кухня Билли. Аарон смотрел на него, пока Рик намеренно проводил языком по его пальцу. Тогда им пришлось остановиться, но сейчас никто не мог им помешать.
 
Рик представил, как делает это ещё раз, но медленнее, не отводя взгляда. Как наблюдает, что происходит с лицом Аарона, как напрягается его челюсть и темнеют глаза.
 
— Что-то не так? — спросил бы Рик, прекрасно понимая, что именно с ним происходит.
 
— Всё так, — ответил бы он.
 
Рик знал его голос, помнил его интонации и мог представить, каким тот стал бы сейчас — тише, ниже, предназначенным только для него.
 
Рик улыбнулся бы. Ему нравилось вызывать такую реакцию у Аарона, видеть, как за привычной сдержанностью проступает желание. Нравилось осознавать, что он сам способен довести его до этого состояния.
 
Аарон подался бы ближе, вынуждая Рика отступить к кухонному столу. Край столешницы упёрся бы ему в поясницу. Аарон положил бы ладони ему на талию и притянул ближе. Рик почувствовал бы тепло его тела и поднял глаза, встречаясь с его взглядом.
 
— Ты так смотришь на меня… — выдохнул бы Рик.
 
— Ты мой, — шепнул бы тот, целуя его в шею. — Вот я и любуюсь. Нельзя?..
 
— Можно…
 
Рик запрокинул бы голову, открывая ему шею, и сам притянул бы ближе. Аарон повторил бы поцелуй, настойчивее прижимая Рика своим телом к столу. У Рика сорвался бы шумный выдох.
 
Аарон провёл бы носом вверх по его шее, коснулся бы губами линии челюсти, а затем щеки. Рик повернул бы к нему лицо, и Аарон наконец накрыл бы его губы своими.
 
Поцелуй становился бы всё настойчивее. Рик сам тянулся бы навстречу, обнимая Аарона за шею. Он целовал бы его, забывая о том, что хотел сказать, пока между короткими поцелуями у них почти не оставалось времени перевести дыхание.
 
Рик провёл бы ладонями по его плечам и груди, а потом опустил руку ниже.
 
Звук расстёгивающейся молнии заставил бы кожу покрыться мурашками.
 
Рик представил, как обхватывает член Аарона ладонью и начинает двигаться, сначала медленно, наблюдая за его лицом. Потом чуть быстрее. Аарон ответил бы ему тем же.
 
Тепло. Плотный обхват широкой ладони. Большой палец, который каждый раз чуть задерживался у уздечки.
 
— Аах… — сорвалось у Рика.
 
Движения становились размашистее. Хлюпающие звуки заполнили спальню.
 
— Тебе нравится, когда я так тебя трогаю? — прошептал бы Аарон ему на ухо.
 
— Да-а, — выдохнул Рик вслух.
 
Дрожь прошла по бёдрам, одеяло скомкалось под коленями. Рик представил, как у него подкашиваются ноги и он упирается лбом в плечо Аарона.
 
— Держись за меня.
 
Он вцепился бы свободной рукой Аарону в бок, продолжая ласкать его. На мгновение замедлился бы, намеренно меняя угол, чтобы чуть интенсивнее стимулировать нежную головку. Ему безумно хотелось увидеть лицо Аарона в этот момент.
 
Аарон прикрыл бы глаза и коротко втянул воздух.
 
Этот звук ударил сильнее, чем собственное удовольствие.
 
— Нравится? — спросил бы Рик.
 
— Да. Не меняй.
 
Аарон наклонил бы голову и поцеловал его за ухом — туда же, где целовал в переулке. Его рука ускорилась бы, и Рик невольно подался бы бёдрами навстречу.
 
Затем Аарон перехватил бы инициативу, наклонился к нему вплотную и притянул к себе. Рик почувствовал бы тепло его тела, а затем широкую ладонь, обхватившую их обоих.
 
Аарон двигал бы рукой, и Рик ощущал бы, как их члены трутся друг о друга, как головки задевают друг друга при каждом движении.
 
Он посмотрел бы на Аарона, пытаясь уловить его реакцию, и от одного этого зрелища у него перехватило бы дыхание.
 
Рику хотелось остаться так, прижатым к нему, и самому быть причиной его удовольствия. Он сильнее обнял бы Аарона за талию, не желая оставлять между ними даже малейшего расстояния.
 
Аарон наклонился бы ещё ниже, и Рик почувствовал бы его дыхание у своих губ. Он сам потянулся бы к нему, встречая его поцелуй.
 
Поцелуй вышел бы жадным, влажным. Рик приоткрыл бы рот, встречая его язык, и крепче вцепился бы пальцами в его бок. Аарон ответил бы ему сразу, и Рик уже не думал ни о чём, кроме его губ и горячего дыхания.
 
Он уже с трудом удерживал в голове отдельные детали. Испарина выступила на коже, пряди волос липли ко лбу.
 
Волны тепла прокатывались по телу, перемежаясь дрожью. Рик почувствовал, как немеет затылок, а кожа на мошонке стягивается.
 
— Аарон… — позвал он, жадно хватая ртом воздух. — Я сейчас…
 
— Я тоже…
 
Пальцы ног поджались. Рик зажмурился и сжал свободной рукой одеяло до побелевших костяшек. Напряжение, копившееся внизу живота весь вечер, наконец прорвалось, заставив его содрогнуться.
 
Первое сокращение оказалось таким сильным, что спина выгнулась дугой, а сдавленный стон сорвался с губ.
 
Горячая сперма брызнула на живот. Член в ладони сильно пульсировал, продолжая ритмично сокращаться.
 
Перед глазами проступили искры.
 
Каждый новый импульс отдавался в теле резкой дрожью. Рик сделал ещё несколько размашистых, постепенно ослабевающих движений, прежде чем отпустить.
 
Он медленно открыл глаза и уставился в потолок, пытаясь отдышаться.
 
Тёплые волны разливались по телу. Сердце стучало где-то в горле, а на шее быстро пульсировала яремная вена. Член всё ещё едва заметно подёргивался, касаясь живота.
 
Рик облизал пересохшие губы и тихо выдохнул.
 
— Бля.
 
Он ещё несколько секунд лежал неподвижно, глядя в потолок. Дыхание постепенно выравнивалось, сердце переставало так отчаянно колотиться. Живот всё ещё оставался липким. Он поморщился, потянулся к полотенцу, лежавшему рядом, и вытер кожу. Скомкал ткань в руке и отбросил на пол.
 
На губах появилась лёгкая полуулыбка.
 
Он представил лицо Аарона в этот момент: серо-голубые глаза, едва заметную улыбку, взгляд, которым тот смотрел бы на Рика после их близости, сам пытаясь отдышаться.
 
Наверняка провёл бы большим пальцем по его щеке, убрал бы со лба влажные пряди и поцеловал ещё раз — уже без спешки, просто потому, что мог.
 
Рик повернулся на бок и неосознанно протянул руку к другой половине кровати.
 
Пальцы коснулись простыни.
 
Пусто.
 
Улыбка медленно сошла с его губ.
 
Он задержал ладонь на соседней подушке. Та была холодной.
 
Аарона здесь не было. Не было его тепла, тяжести руки на талии, тихого голоса у самого уха. Рик мог сколько угодно представлять его рядом, но стоило открыть глаза, и оставалась только собственная спальня.
 
Ком подкатил к горлу.
 
Ему стало горько от мысли, что он снова лежит здесь один, представляя то, что могло бы быть между ними.
 
Но он уже устал.
 
Устал воображать прикосновения, устал засыпать в кровати, где хватило бы места для двоих.
 
Он хотел, чтобы Аарон сейчас действительно был рядом.
 
Чтобы можно было прижаться к нему, уткнуться носом в шею, вдохнуть такой знакомый аромат зелёного чая, цитрусов и чего-то свежего. Почувствовать, как Аарон нежно обнимает его в ответ. Чтобы утром не приходилось вспоминать его лицо — оно было бы совсем близко. Чтобы они могли просто лежать вместе, переплетать пальцы, разговаривать о какой-нибудь ерунде и засыпать, не думая о том, когда снова смогут увидеться. Чтобы не нужно было прятаться и бояться, что кто-нибудь их увидит.
 
Рик завернулся в одеяло и подтянул его выше, но пальцы ног уже начали остывать. Холод пробрался к кончикам пальцев рук, а тепло, ещё недавно разливавшееся по телу, постепенно уходило, оставляя после себя усталость и непривычную пустоту.
 
Он перевернулся на бок и посмотрел на подушку рядом.
 
Представил, как Аарон лежал бы лицом к нему, как смотрел бы сонными глазами и едва заметно улыбался, заметив, что Рик уже проснулся.
 
Губы дрогнули в подобии улыбки, но она тут же пропала.
 
Рик сглотнул, но ком стал только больше. Глаза защипало. Он несколько раз моргнул, упрямо глядя перед собой, а затем всё-таки зажмурился.
 
За окном тихо шумел дождь. Где-то в доме негромко щёлкнуло отопление. Рик лежал, укрывшись с головой, и чувствовал щекой прохладную наволочку.
 
Он открыл глаза.
 
Подушка по-прежнему была пустой.
 
Он долго молчал, глядя на место, где мог бы лежать Аарон.
 
— Я тебя люблю… — едва слышно прошептал он.
 
Экран телефона загорелся.